ФЭНДОМ


CC BY-NC-ND

Пролегомены к формализованной содержательной логике

A dl s banner 1

                      Dianomika

Мышление — философская категория, обозначающая абстрактное, вербализованное (то есть выраженное в понятиях естественного языка) мышление — высшая форма активного отражения объективной реальности, состоящая в целенаправленном, опосредствованном и обобщённом познании субъектом существенных связей и отношений предметов и явлений, в творческом созидании новых идей, в прогнозировании событий и действий. Возникает и реализуется в процессе постановки и решения практических и теоретических проблем.



Мышление (абстрактное, вербализованное — рассматривается исключительно этот уровень мышления и никакой другой) — категория Дианомики, в эндогенном смысле результат синергизма ОБЪЯСНЕНИЯ и ПОНИМАНИЯ, в экзогенном смысле результат синергизма СОЦИОСФЕРЫ и ТЕХНОСФЕРЫ, результат диалектического отрицания категории ОБЩЕСТВО, атрибут в сети внутреннего развития категории ПРЕДМЕТ философского ПОЗНАНИЯ.


Для справки: Терминология Дианомической ЛОГИКИ.


Эндогенная сеть категории МЫШЛЕНИЕ.


MYSHLEN
Категория МЫШЛЕНИЕ понимается в Дианомике как некое общечеловеческое абстрактное мышление, которое вырабатывается в процессе общечеловеческой практики и является результатом общественного развития, зримым проявлением которого является всё усложняющаяся общечеловеческая целенаправленная деятельность.

Мышление как некий объективный феномен суть продукт развития общества и как таковой рождается ещё до возникновения Естественного языка, то есть до рождения своей вербализованной абстрактной стадии. Довербализованное мышление суть абстрактное образное мышление, если хотите, то это "мышление наскальных рисунков" и ритуальных танцев, которые суть ничто иное как общественный тренинг перед охотой, обработкой земли или сбором урожая.

Смотри также     Невербализованное (неявное) ЗНАНИЕ.

Ни в коем случае и никогда под категорией МЫШЛЕНИЕ в Дианомике не подразумевается некое индивидуальное мышление. Никакой человек не состоянии в совокупности обладать и музыкальным, и художественным, и математическим, и физическим, и философским и т.п. мышлением. Категория МЫШЛЕНИЕ здесь логический конструкт, высшая предельная абстракция, выражающая в себе все возможные на сегодня и при том качественно саморазвивающиеся виды мышления. В этом смысле категория МЫШЛЕНИЕ не имеет прямой связи с категорией СОЗНАНИЕ, которая в Дианомике является первоосновой Субъективного МИРА. Категория МЫШЛЕНИЕ является атрибутом в сети внешнего развития категорий Объективный МИР и Субъективный МИР, т.е. «ступенькой, стадией» развития Объективного и Субъективного МИРА.

Как атрибут в сети внутреннего развития категории ПРЕДМЕТ философского ПОЗНАНИЯ категория МЫШЛЕНИЕ в Дианомике это следующая стадия в развитии категории ОБЩЕСТВО, результат его диалектического отрицания. В этом смысле фигурально МЫШЛЕНИЕ всегда "отрицает", не удовлетворено существующим обществом, оно в своих фантазиях уже строит новое, более гармоничное, благополучное и справедливое общество. Но оно, МЫШЛЕНИЕ, плоть от плоти ОБЩЕСТВА: оно содержит в себе значительную часть его СОДЕРЖАНИЯ и при этом дополнительно ещё и новаторское СОДЕРЖАНИЕ, которого не было в прежней стадии развития.

ОБЪЯСНЕНИЕ (на основе познанных закономерностей) как субстрат МЫШЛЕНИЯ совершенно недостаточно для ПОНИМАНИЯ, которое появляется после интерпретации следствий из логической модели, порождённых ОБЪЯСНЕНИЕМ. Если эти следствия оказываются адекватны реальности и многократная перепроверка по индукции приводит к подтверждению ОСНОВАНИЯ умозаключения, то только тогда и наступает состояние МЫШЛЕНИЯ, которое принято называть ПОНИМАНИЕМ. В самом упрощённом смысле МЫШЛЕНИЕ формируется от АБСТРАГИРОВАНИЯ через МОДЕЛИРОВАНИЕ к КОНКРЕТИЗАЦИИ. В марксизме этот процесс был назван "восхождением от абстрактного к конкретному".

Как сегодня представляют себе категорию МЫШЛЕНИЕ российские философы можно посмотреть в разделе Мнения.


Эндогенная сеть категории МЫШЛЕНИЕ Править


MYSHLENIE


                                         Эндогенная сеть категории МЫШЛЕНИЕ.


На рисунке представлена более точная Эндогенная сеть категории МЫШЛЕНИЕ. Из этой сети следует, что процесс восхождения от абстрактного к конкретному является одним из уровней МЫШЛЕНИЯ.

Эндогенная сеть категории МЫШЛЕНИЕ суть один из наиболее общих алгоритмов, которые используются человечеством в процессе познания. Именно так: алгоритм, распределённый в пространстве-времени. Задумайтесь: если мышление сводится лишь к одной или нескольким стадиям этого алгоритма, то оно односторонне, так как не учитывает какие-то стадии алгоритма и, следовательно, его результаты с необходимостью недостоверны.


                          Парадоксальным является тот факт, что наука до сих пор не имеет ни малейшего представления о том, что есть МЫШЛЕНИЕ... Мы все являемся свидетелями того, что этот феномен существует, но что он есть? В чём его НАУЧНАЯ сущность -- никто не знает... А некоторые спекулянты при этом имеют наглость говорить об искусственном интеллекте?!


Мнения Править


Ниже приведены МНЕНИЯ по данной проблеме из философских справочников и энциклопедий. Для чего? Для создания видимости объективности автора статьи? Нет.

Автор статьи стремится к тому, чтобы читатель:
                        - минимизировал своё время для знакомства с альтернативными мнениями;
                        - «Имел мужество пользоваться собственным умом» (Иммануил Кант).



Из "Новейшего философского словаря", Минск, 1999 г., В.В.Мацкевич. Править

Мышление — категория, обозначающая процессуальность функционирования сознания (познавательную деятельность) - традиционный предмет философствования, присутствующий в его структуре с момента возникновения философии как таковой.

Уже у одного из последних досократиков - Анаксагора категория с близким семантическим содержанием - нус - выступает как первоначало мирового порядка. Анаксагоровская категория больше не встречается в истории философии, но этим было положено начало традиции мыслить М. как субстанцию, какими бы терминами оно в дальнейшем ни именовалось: логос, софия, чистый разум и т.д.

Идея субстанциональности М. была органична для "физики" досократовского периода греческой философии, затем менялись формы представления субстанции М. в метафизических системах.

Наиболее популярными были системы, разделившие мир на умопостигаемый и нравственный (Платон) или как состоящий из двух субстанций (М. и материя) у Декарта, как вариант - два модуса одной субстанции у Спинозы.

Аристотель впервые обратился к М. не с метафизической установкой, а с технической. Имея дело с софистикой и с развитым М. платоновской философии Аристотель предпринял попытку формализации М. через нормировку и задание системы правил. Так был сформирован корпус Органона с Аналитиками, Топикой и Метафизикой.

После Аристотеля появилась возможность говорить о правильном М., о правильном и неправильном в самом М. До Аналитик и Метафизики можно было объявлять правильным или неправильным только результат мысли или вывод, противопоставляя другой результат или вывод.

В античной математике был принят методологический принцип доказательства, а сами аристотелевские Аналитики были положены в основание нормативной формальной логики. Техническое отношение к М. находило выражение в изобретениях новых форм доказательств, в построении иных, неаристотелевских логик.

Например: новые науки Галилея, "Новый Органон" Ф.Бэкона, метод Декарта, критика Канта, логики (индуктивная, диалектическая, математическая, содержательно-генетическая) 19 и 20 вв.

В Вюрцбургской школе под руководством О.Кюльпе была поставлена задача представить М. как объект исследования. Принятие такой задачи потребовало феноменального присутствия М. в деятельностной ситуации исследования. Исследователь должен встретиться с М. "здесь и теперь", уметь отличить М. от не-М.

Так появился третий тип отношения к М. и соответственно третье М. - Dasein-M., или присутствующее здесь-и-теперь-М.

ВЮРЦБУРГСКАЯ ШКОЛА, направление экспериментального исследования мышления в 1900-х гг., центр - психологический институт в г. Вюрцбург (Германия). Основатель - О.Кюльпе, главные представители - Н.Ах и К.Бюлер. Опираясь на учение об интенциональности сознания Ф.Брентано и Э.Гуссерля и критикуя ассоциативную психологию, выдвинула тезис о несводимости мышления к содержанию чувственных представлений, его безобразном характере и т. п. Оказала влияние на гештальтпсихологию.
КЮЛЬПЕ (Kulpe) Освальд (1862-1915), немецкий психолог и философ,
основатель вюрцбургской школы. Специфику мышления видел в
безубразности и наличии особых "смыслов", придающих ему цельность,
устойчивость и направленность. В философии - представитель критического реализма.

При всем разнообразии подходов к М. и трактовок его можно выделить три типа М., данного в М. о нем:

1. Онтологическое М. М. есть особая субстанция, мир, пространство. Такое М. является объектом философской спекуляции.
2. Процессуальное М. М. есть особая деятельность, которая подлежит нормировке и организации. Такое М. требует к себе технического отношения, является объектом формализации, проектирования или моделирования.
3. Dasein-M. МЫШЛЕНИЕ в актуальном существовании. M. есть феномен, который либо присутствует, либо отсутствует в ситуации, поэтому может быть органолептически или аппаратурно обнаружен и зафиксирован. Такое М. становится объектом исследования.


1. Проблематика онтологического М. часто оказывалась в центре философских дискуссий между школами, подходами и в периоды смены философских или научных парадигм.


Гегель попытался подвести своеобразный итог этим дискуссиям через построение системы идеализма, обеспечивающей единство логики, онтологии и теории познания, что затем стало основным принципом марксизма.

В ретроспективном плане подведения итогов у Гегеля не получилось, поскольку все свелось к утверждению метафизического монизма бытия и М., а эта идея была исчерпана Спинозой. Но в перспективном плане гегелевский ход был очень продуктивным. Единство логики, онтологии и теории познания могло быть обеспечено через построение этих трех философских дисциплин на общих методологических принципах.

Общие методологические принципы в начале 19 в. могла предоставить только наука. Тогда должны были стать наукой и логика, и онтология и теория познания. Метод науки, сформулированный методологами Нового времени Ф.Бэконом, Галилеем и Декартом, был несоразмерен такой задаче.

Эта задача, независимо от того, кто и как ее принимал и понимал, стала вызовом европейскому М. Были предложены различные варианты ответа на этот вызов.

Гегельянское направление в философии сосредоточилось на теоретико-спекулятивных сторонах решения этой задачи.

Методологи конкретных наук пошли по пути "онаучивания" философии, сциентизм и позитивизм стали интеллектуальной модой. Марксизм и неокантианство разрабатывали общие и частные методологии. Все эти усилия в совокупности создали сложную и плюралистическую интеллектуальную ситуацию 20 в. Логика, онтология и теория познания так и не стали науками, но их содержание, предметы и методы коренным образом изменились. Появилось много разных логик, целостный и единый мир был заменен мирами, скорее возможными, чем актуальными, с соответствующими им онтологиями.


Сами онтологии перестали быть продуктами спекулятивной деятельности чистого мышления, а начали выступать как результат феноменологической редукции, представали продуктами интенционального сознания.

Теории познания стали составными частями методологических подходов и даже частных методологий. Объекты и предметы конкретных исследований и наук стали трактоваться в 20 в. не как объекты природы, а как организованности М., а само М. выступать как центральный момент познавательной деятельности (Хайдеггер, Манхейм, Поппер и др.).


2. Процессуальное М. Вплоть до 20 в. М. представлялось философам гомогенным и гомоморфным процессом. Поэтому всегда предпринимались попытки либо искусственно выработать единые его правила, либо установить законы процесса М. и на их основе определить для него нормы.

Нормировкой правильного М. занималась логика, в основе которой лежала силлогистика Аристотеля, совершенствовавшаяся и формализуемая многими поколениями античных и средневековых логиков.


Идеалом для формализации норм М. могли выступать математика (Раймонд Луллий, Лейбниц) или грамматика (грамматика Пор-Рояля).

На пути математической формализации М. встречались важные открытия и изобретения, ставшие целыми направлениями или новыми областями математики (аналитическая геометрия, дифференциальное исчисление, булева алгебра и математическая логика).

Давно замеченная связь и взаимозависимость языка и М., схожесть логических и грамматических конструкций наводили на идею о том, что исследование законов языка может способствовать установлению законов М.


Разработка этой идеи была плодотворной как для лингвистики, так и для методологии. Именно благодаря этим параллельным исследованиям культура обогатилась такими областями знания как семантика и семиотика.

Языковое М. становилось объектом внимания многих направлений в философии и методологических подходов (аналитическая философия, структурализм, герменевтика).


Процесс М. становится доступным для анализа и исследования, когда его удается представить в виде дискурса, зафиксированного в текстах. Неоднократно классические тексты пытались анализировать и препарировать как дискурс.

При анализе классических текстов часто обнаруживается присутствие в дискурсе нелогических или паралогических элементов, отмечается нелинейность, гетерогенность и гетероморфность "остановленного" М.

Если при рассмотрении паралогичности, гетерогенности и нелинейности процесса М. делается акцент на продуктивности его, подчеркивается творческий характер М., то исследовательский и спекулятивный интерес смещается с самого процесса М. на процессы творчества и творения, интуиции, воображения (интуитивизм Бергсона, имагинативный абсолют Голосовкера).


Отсутствие средств и методов анализа полиморфных систем, нелинейных процессов, с одной стороны, и установка на нормативность в исследовании процесса М., с другой стороны, приводили к невозможности сформулировать на основе классических текстов законы и правила М., поэтому сами классические тексты объявлялись нормой, и становились каноном (или Органоном в случаях с Аристотелем и Ф.Бэконом) правильного М.

В разное время канонизировались тексты Платона, Аристотеля, Фомы Аквинского. Одним из последних прецедентов такой канонизации был "Капитал" Маркса, а выведение из "Капитала" метода М., предпринятое А.Зиновьевым, стало одной из последних попыток избежать канонизации образцового текста. Так поставленная задача в очередной раз не была решена, но результатами этой попытки стали:

разработка основ содержательно-генетической логики,
диалектическая логика в версии Ильенкова,
интеллектика И.Ладенко и
СМД-методология (системно-мыследеятельная).


Интенциональность М., направленность процесса М. на объект и феноменальный мир позволяли многим философам делать заключения о паралелизме бытия и М., о взаимоотображении их в разных версиях.


Эпифеноменальная версия предлагает просто игнорировать М. как эпифеномен и заниматься только объектными коррелятами мысли.

ЭПИФЕНОМЕН (от эпи... и феномен), сопутствующее, побочное явление;
в философии - сознание, рассматриваемое как явление, сопутствующее
некоторым физиологическим процессам.
Антиподом ее выступает солиптическая версия, утверждающая обратное.


Это экзотические версии и встречаются они в истории философии достаточно редко, хотя распространены в бытовых и профессиональных мировоззрениях и в эзотерических учениях.

Шире распространена сенсуалистическая версия, согласно которой законы М. могут строиться как преломление законов мира объектов. Сам процесс М. рассматривается по этой версии как ассоциирование первичных идей (Локк), которые являются продуктами чувственного опыта, отражением объектов внешнего мира. Разработка этой версии начинается с методологии Ф.Бэкона и продолжается в направлениях:

психологизм в логике и гносеологии,
позитивизм в научном методе,
ассоцианизм и бихевиоризм в психологии.

В русле этой версии строилась и "теория отражения", принятая в диалектическом материализме (Т.Павлов).

Наиболее последовательно логико-методологическая разработка идей сенсуализма проделана Миллем в его системе индуктивной логики.

Отдельная линия в исследовании процессов М. проводилась в психологии, которая претендовала не на нормировку М., а на выявление закономерностей реально протекающего процесса.

До полемики Вундта с Вюрцбургской школой в 1905 считалось, что М. не может исследоваться методами научной психологии, поскольку рефлексия и интроспекция убивают процесс М., а исследователю доступны только знаки осуществленного М., что уже выходит за пределы предмета психологии.

Современные психологические школы имеют несомненные достижения в исследовании феноменальной стороны процесса М. (Кюльпе, М.Вертхеймер, К.Дункер, Выготский, Пиаже, когнитивная психология и гештальтизм).


3. Dasein-M. Попытки исследовать М. не по следам, знакам и результатам, а в актуальном существовании были предприняты в Вюрцбуржской школе учениками О.Кюльпе (К.Бюлер, Н.Ах, и др.). Паралельно разрабатывались теоретические представления о ситуации (социология, психология), об организации (тектология Богданова, кибернетика, теория систем), о труде и деятельности (психотехника, праксеология), об игре, о знаках и языках (структурализм, семиотика), о диалоге (Бубер, Бахтин).

Предметная и дисциплинарная организация науки, философии и европейского М. в целом оказалась устаревшей перед лицом задач исследования М.

Требовались новые формы сборки и конфигурирования областей знания и методов из разных предметов. Продолжение исследований в рамках одного предмета (например психологии, логики или кибернетики) вели к очевидному редукционизму. Не подвергавшиеся ранее критике представление о спонтанности и естественности М., об его индивидуальном характере, о локализации его в сознании или в психике перестали быть адекватными поставленным проблемам.

Стало понятно, что М. должно быть специально организовано как трансперсональный процесс в деятельности, диалоге (полилоге) или в игре.

Предпринимались разные попытки организации М. без преодаления редукционизма (синектика, брейнсторминг, ТРИЗ), разрабатывались большие программы для решения конкретных задач, в которых М. организовывалось (или улавливалось) косвенным способом (например: Манхэттенский проект, Римский клуб, Тэвистокские сессии, Кремниевая долина).

Прямая программа, синтезирующая знания и подходы разных предметов и дисциплин под задачу исследования М. была сформулирована в 50-х в Московском методологическом кружке (Щедровицкий, Н.Алексеев) в процессе разработки содержательно-генетической логики (А.Зиновьев, Щедровицкий, Б.Грушин, Мамардашвили).

Источник:
Из "Новейшего философского словаря"
Минск, 1999 г., В.В.Мацкевич.



Из “Философия: Энциклопедический словарь” / Под ред. А.А. Ивина. - М.: Гардарики, 2004, И.П.Меркулов Править

Мышление — направленный процесс переработки информации в когнитивной системе живых существ. М. реализуется в актах манипулирования (оперирования) внутренними ментальными репрезентациями, подчиняющимися определенной стратегии и приводящими к возникновению новых ментальных репрезентаций. М. возникает у животных в ходе биологической эволюции, когда интенция к действию дифференцируется от ее непосредственного, автоматического перевода в моторные акты и освобождает в когнитивной системе пространственно-образную модель окружающей среды.


М. предполагает наличие у когнитивного субъекта внутренних когнитивных состояний, содержание которых выражается с помощью актов суждения (т.е. пропозиционально). Суждение невозможно определить без ссылки на лингвистические сущности - предложения, однако это означает лишь, что применительно к человеческому М. суждения строятся по лингвистическому образцу и этот образец (предложение) нужен для вербальной репрезентации суждения (мысли). Т.о., в общем случае пропозициональная структура М., его пропозициональное содержание вовсе не обязательно должны репрезентироваться в речевых актах. Анализ форм поведения животных, возникающих в результате научения, в частности, показывает, что они обладают интенциональными состояниями, т.е. состояниями перцептивной уверенности, которые имеют некоторое пропозициональное содержание, что они способны различать эквивалентные в информационном отношении сообщения и отдавать предпочтение одним альтернативам перед др. Т.о., животные способны к мыслительным актам, информационно эквивалентным актам суждения, но оперируют невербальными внутренними репрезентациями, использующими различные перцептивные коды.


В процессе дальнейшей биологической и когнитивной эволюции у живых существ наряду со способностями кперцептивному М. возникают также зачатки М. знаково-символического. Естественный отбор способствовал наследованию тех генетических признаков, которые определяют способности особей к извлечению и обработке необходимой для выживания когнитивной информации, получаемой от представителей своего вида. Речь прежде всего идет о способности многих животных к ритуализации своего поведения. В процессе эволюции первоначальная функция к.-л. формы поведения животных (сценария) модифицируется и, превращаясь в знак, становится средством коммуникации.


Символическая коммуникационная система, видимо, давала древним гоминидам большие адаптивные преимущества. Поэтому естественный отбор способствовал совершенствованию языковых способностей индивидов, развитию вербальной коммуникации и М. логико-вербального - специфической, присущей только людям формы знаково-символичес-кого М. Однако человечеству для реализации возможностей ускорения когнитивной эволюции, эволюции М. и культуры, возникших благодаря появлению речи, потребовались многие тысячелетия. Хотя какими-то речевыми рудиментами, видимо, владел еще Homo erectus (обитавший приблизительно 1,5 млн лет назад), вплоть до начала неолитической революции темпы когнитивного и культурного прогресса оставались исключительно медленными. Скорее всего, весьма длительный исторический период речь оставалась функционально избыточной по отношению к довербальным формам коммуникации.


М. архаическое, преимущественно образное все еще в широких масштабах использовало довербальные средства передачи социально значимой информации, где смысл мысленных репрезентаций (образов, прототипов и сценариев) “овеществлялся” и транслировался с помощью невербальных символов, изображений, жестовых языков и языка действий - ритуалов, танцев и т.д. Появление простейших концептуальных структур - рассказа, повествования, мифа - позволило словам и словесно выразимым знаниям направлять ход мыслей, а М. - выявлять несопоставимо больший объем скрытой когнитивной информации.


Попытки выяснить, что представляет собой человеческое М., предпринимались еще в глубокой древности. Как и элеаты, Платон отождествлял М. и речь, которые, с его т.зр., возникают в результате установления отношения между субъектом и предикатом высказывания или “соединения” имен существительных с глаголами. Аристотель разделял “пропозициональную” парадигму Платона: его понимание силлогизма в равной мере допускало и пропозициональную, и лингвистическую, и онтологическую интерпретации. Способность мыслить Аристотель относил к компетенции ума, бессмертной “мыслящей части” души. Он также выдвинул ряд гипотез, оказавших существенное влияние на последующее развитие психологии М. - напр., принцип ассоцианизма. Идеи, считал Аристотель, связываются между собой на основании смежности, сходства или контраста, а истинное знание может быть получено путем дедуктивных или индуктивных рассуждений.


В философии Нового времени М. и его законы анализировались с различных мировоззренческих позиций. Отталкиваясь от традиционной для христианского вероучения оппозиции души и тела, некоторые философы рассматривали М. как атрибут особого, свойственного только человеку (как ближайшему подобию Бога) духовного начала. Р. Декарт, в частности, считал, что сознание (“душа”) является нематериальной метафизической сущностью, которую Бог соединил с материальным телом, а М. - это свойство сознания, “разумной души”. Напротив, Т. Гоббс придерживался механистического взгляда на природу мысли и исходил из предпосылки, что материя может мыслить. По его мнению, М. подобно математическому вычислению, но вместо чисел оно оперирует идеями - суммирует, вычитает, сравнивает их и т.д. Гоббс был уверен, что, в принципе, могут быть созданы такие технические устройства, которые окажутся способными мыслить. Продолжая рационалистическую традицию Декарта, Г.В. Лейбниц полагал, что человеческое М. управляется законами логики, и выдвинул идею математизации М. - создания универсального логического языка, который позволил бы точно и однозначно эксплицировать понятия и отношения и получать с помощью вычислений истинные знания. Развивая представления Дж. Локка, который впервые назвал связи, обусловленные привычкой или случаем, термином “ассоциация идей”, британские эмпирики Дж. Беркли, Д. Юм, а позднее Дж. Милль и его сын Дж.С. Милль выделяли три типа внутренних мысленных репрезентаций: восприятия, их бледные копии, которые хранятся в нашей памяти, и преобразования этих бледных копий, т.е. ассоциативное М. Однако вопросы, касающиеся природы мысленных ассоциаций, их источников, процессов, лежащих в основе их формирования, законов ассоциаций и т.д., длительный период оставались предметом острых дискуссий. Во втор. пол. 19 в. усилиями гл.обр. философов, математиков и психологов окончательно сформировались два основных направления исследования, которые привели к разработке различных логических и психологических концепций М.


Важным этапом формирования логической концепции М. оказалась разработка в 1854 ирл. математиком Дж. Булем алгебры логики. Согласно его т.зр., мысли представляют собой высказывания или утверждения о мире, которые могут быть представлены в символической форме. Такого рода символы соответствующим образом комбинируются, и из них получают др. утверждения о мире. М., с этой т.зр., оказывается манипуляцией символами. Разрабатывая такой подход к М., Г. Фреге построил аксиоматическое исчисление высказываний и заложил основы современной логической семантики. Тем самым были значительно расширены репрезентативные возможности языка логики применительно к знаково-символическому (логико-вербальному) М. В дальнейшем попытки устранить обнаруженные в системе Фреге парадоксы повлекли за собой формализацию логики.


Параллельно попыткам философов и математиков проанализировать логические аспекты М., в др. дисциплине - психологии - во втор. пол. 19 в. был поставлен вопрос о том, могут ли ментальные события и М. в целом к.-л. образом быть измерены. Основоположники экспериментальной психологии (В. Вундт в Германии и его ученик Э. Титченер в США) стремились сформировать отдельную от философии, опирающуюся на эмпирические данные дисциплину, которая изучала бы структуру сознания и объясняла бы его феномены в терминах естественных наук. Психологи-структуралисты надеялись разложить психические явления на простые атомы, выделить простейшие, неразложимые ментальные события и обнаружить законы, управляющие образованием более сложных ментальных феноменов. В дальнейшем новые открытия (в частности, открытие условного рефлекса И.П. Павловым) заставили психологов отказаться от структуралистской программы, и доминирующей концепцией в психологии на протяжении последующих 40 лет стал бихевиоризм (Дж. Уотсон), провозгласивший, что объектом психологического исследования может быть только наблюдаемое поведение, а М., вера и т.д. - это лишь теоретические конструкты. Неспособность бихевиоризма объяснить более сложные психические явления - напр., речь, М. и т.д. - обусловила формирование в психологии альтернативной концепции - гештальттеории. Ее сторонники (М. Вертгеймер, В. Кёлер и др.) считали, что для адекватного объяснения мыслительных процессов необходимо допустить наличие внутренних ментальных состояний и тесную интеграцию рзаличных когнитивных структур.


Поскольку целое не сводится к сумме его частей, то М. следует рассматривать как активный, конструктивный процесс. Оно может быть либо продуктивным, стремящимся обнаружить новые структурные отношения в ситуации или проблеме, либо непродуктивным, лишь имитирующим уже известное.


Фундаментальные открытия 1940-1950-х гг. в теории информации, нейрофизиологии, теории автоматов и кибернетике радикальным образом изменили направления исследований в различных областях науки, прямо или косвенно относящихся к человеческому М. Однако только в сер. 1960-х гг. эти открытия позволили сформировать единую картину мыслительных процессов на основе моделей переработки информации, положив начало новой психологии, которую У.Нейссер называл когнитивной психологией. Позднее когнитивная психология стала частью более крупной дисциплины - когнитивной науки, которая в настоящее время охватывает исследования в таких областях, как эпистемология, лингвистика, психолингвистика, информатика, нейробиология, нейропсихология и т.д. Общей целью этих исследований является объяснение и моделирование высших мыслительных процессов.


Открытие в 1960-х гг. межполушарной церебральной асимметрии и базирующихся на функциональной активности левого и правого полушарий мозга когнитивных типов мышления - знаково-символического (логико-вербального) и пространственно-образного, - получившее убедительное экспериментальное подтверждение, послужило отправным пунктом формирования принципиально новых представлений о мыслительной активности человека. Как оказалось, различия между функциями полушарий и, соответственно, когнитивными типами М. не сводятся к формам репрезентации материала, а касаются гл. обр. способов переработки когнитивной информации, принципов организации контекстуальной связи. Для пространственно-образного М. характерны холистическая стратегия обработки многих параметров поступающей информации. В результате происходят одновременное выявление соответствующих контекстуальных связей между различными смыслами образа или между целостными образами, “гештальтами”, и создание на этой основе многозначного контекста (напр., мозаичной или калейдоскопической картины) с множественными “размытыми” связями. Со своей стороны, знаково-символическое (логико-вербальное) М. использует аналитическую стратегию и направлено на выявление только некоторых, существенных для анализа признаков, жестких причинно-следственных связей. Оно последовательно перерабатывает когнитивную информацию (вербальную и невербальную) по мере ее поступления, организуя однозначный контекст, необходимый для успешной вербальной коммуникации. Однако в простейших случаях знаково-символическое М. также обнаруживает способность к параллельной обработке информации, а пространственно-образное М. - некоторые, довольно примитивные способности к анализу.


Хотя наши системы лево- и правополушарного М. полностью не переводимы друг в друга, это не исключает, а наоборот, предполагает их тесную взаимозависимость, взаимодополняемость и кооперацию. Напр., манипулирование символами становится эффективным лишь в той степени, в какой оно содействует реализации неартикулированных актов понимания и опирается на их результаты. В свою очередь эффективность образного М. также оказывается в зависимости оттого, может ли оно считывать результаты левополушарной мыслительной активности и, ориентируясь на них, продуцировать новое целостное понимание. Человеческое М. может использовать не только перцептивные и вербальные коды, но и коды абстрактные, пропозициональные, в которых, вероятно, заключены наши знания основ грамматики языка и базисной арифметики. Наличие таких кодов дает нам возможность легко и быстро переводить мысль с перцептивного кода на вербальный и обратно, а также попеременно подключать соответствующие стратегии обработки когнитивной информации. С этой т.зр. именно абстрактный препозиционный код является языком мысли, а слова, образы, символы, знаки и т.д. - это только конкретные формы ее репрезентации.


Т.о., М. является одной из важнейших функций когнитивной системы, которая обеспечивает информационный контроль окружающей среды, адаптацию и выживание организмов. М. тесно связано с памятью, оно использует ее информационные ресурсы, накопленные благодаря опыту и обучению. Однако источником М. выступает не только когнитивная информация, извлекаемая из внешней среды, но и своего рода встроенное в когнитивную систему программное обеспечение, т.е. подлежащая биологической эволюции врожденная генетическая информация, определяющая формат внутренних ментальных репрезентаций, стратегии их переработки т.п. Даже в когнитивной системе человека большинство мыслительных процессов протекает неосознанно, их интегральный сознательный контроль осуществляется здесь гл. обр. на уровне целей и намерений. В то же время благодаря эволюции сознания и появившейся в ходе этой эволюции способности частично изменять самосознание (напр., в актах эмпатии) человек получил возможность гораздо более эффективно использовать свой интеллектуальный и мыслительный потенциал, свои природные задатки к творческому М., воображению, к созиданию культуры. Появление речи и развитие логико-вербального М. радикально расширили его арсенал средств обработки когнитивной информации, позволили извлекать общие характеристики объектов, явлений и отношений между ними с помощью информационно более емких, чем образы и прототипы, концептуальных средств - понятий, суждений, гипотез, научных законов, теорий и т.д.


В настоящее время высшие когнитивные функции человека, включая М. и познание, активно изучаются когнитивной наукой и специальной областью компьютерной науки (информатики), получившей название искусственный интеллект.

Солсо Р. Когнитивная психология. М., 1995;
Меркулов И.П. Когнитивная эволюция. М., 1999.



Из “Философского энциклопедического словаря” - М.: Сов. Энциклопедия, 1983, А.Г.Спиркин. Править

Мышление — высшая форма активного отражения объективной реальности, состоящая в целенаправленном, опосредствованном и обобщённом познании субъектом существенных связей и отношений предметов и явлений, в творч. созидании новых идей, в прогнозировании событий и действий. Возникает и реализуется в процессе постановки и решения практич. и теоретич. проблем.


Биологич. субстратом М. является высокий уровень развития головного мозга, исторически сформировавшегося в процессе становления человека, человеч. общества, материальной и духовной культуры. М. человека протекает в различных формах и структурах (понятиях, категориях, теориях), в к-рых закреплён и обобщён познават. и социально-историч. опыт человечества.


Отправляясь от чувств. опыта, М. преобразует его, даёт возможность получать знания о таких свойствах и отношениях объектов, к-рые недоступны непосредств. эмпирич. познанию. М. неизмеримо расширяет познават. возможности человека, позволяет проникнуть в закономерности природы, общества и самого М. Орудием М. является язык, а также др. системы знаков (как абстрактных - напр., математических, так и конкретно-образных - напр., “язык иск-ва”). Элементы этих систем используются для осн. операций М.- абстрагирования, обобщения, опосредствования ) и др.


Будучи сложным социально-историч. феноменом, М. изучается мн. науками:

теорией познания (в плане анализа соотношения субъективного и объективного в М., чувственного и рационального, эмпирического и теоретического и др.);
логикой (наукой о формах, правилах и операциях М.); кибернетикой (в связи с задачами технич. моделирования мыслит. операций в форме “искусств. интеллекта”);
психологией (изучающей М. как актуальную деятельность субъекта, мотивированную потребностями и направленную на цели, к-рые имеют личностную значимость);
языкознанием (в плане соотношения М. и языка);
эстетикой (анализирующей М. в процессе созидания и восприятия художеств. ценностей);
науковедением (изучающим историю, теорию и практику науч. познания);
нейрофизиологией (имеющей дело с мозговым субстратом и физио-логич. механизмами М.);
психопатологией (вскрывающей различные виды нарушений нормальных функций М.);
этологией (рассматривающей предпосылки и особенности развития М. в животном мире).


Значение проблемы М. для философии определяется вопросом об отношении М. к бытию - основным вопросом философии.

Знание о М. как особой форме познават. активности человека зародилось в рамках философии и привело к вычленению М. из общей совокупности психич. процессов.

В др.-греч. философии происходит отделение М. от чувств. познания, причём др.-греч. мыслители (Парменид, Гераклит) различали в результатах М. “мнение” (как выражение обыденного сознания) и “истину” (как независимое от субъективности человека постижение всеобщих законов мироздания). Демокрит утверждал, что подлинное атомарное устройство вещей можно постичь только посредством М. Софисты перенесли акцент на анализ речевых и логич. средств М., толкуя их как производные от особенностей человека (Протагор, Горгий). Рассматривая эти средства вне связи с объективным содержанием М., они пришли к релятивизму.

Сократ выдвинул девиз “познай самого себя”, предполагающий “очищение” М. от смутных и неопредел. представлений с целью достижения прочного, надёжного знания. Считая, что истина приобретается в диалоге между людьми, Сократ установил не-посредств. связь М. с общением. Платон вычленил в качестве гл. признака М. идеальность (мир “идей”) как особую форму реальности, к-рая составляет содержание М.

Аристотель создал учение о формах и структурах М., положившее начало формальной логике, и раскрыл диалектику перехода от ощущения к мысли (учение о “фантазиях” - образах представлений).

Уже в эпоху античности в противовес идеализму возникли материалистич. учения, к-рые рассматривали идеальное содержание М. (идеи, понятия) как обусловленное материей, как запечатление внеш. воздействий (Эпикур, Лукреций).

В философии нового времени проблема М. разрабатывалась как с позиций эмпиризма (Ф. Бэкон, Локк), так и рационализма (Декарт, Спиноза). Нем, классич. философия, развивавшая идеалистич. понимание М., выдвинула плодотворную идею активности субъекта в М., оказавшую влияние на формирование марксистской концепции М. Возникший в 19 в. позитивизм (Спенсер, Конт), отрицая всеобщие законы развития природы, общества и М., сводил функцию теоретич. М. к установлению фактов и эмпирически наблюдаемых связей между ними.

В бурж. философии 20 в. доминирует позитивистский подход к проблеме М. Неопозитивизм и др. течения аналитич. философии выдвигают на первый план анализ формально-логич. аспектов М., игнорируя исследование содержат. моментов теоретич. деятельности человека. Этим течениям противостоят различные интуитивистские, феноменологические и экзистенциалистские концепции М., которые либо толкуют М. как созерцание идеальных сущностей (феноменология), либо отрицают способность человека к рациональному постижению объективного мира (интуитивизм, экзистенциализм).

Филос., диалектико-материалистич. истолкование природы и сущности М. принадлежит классикам марксизма-ленинизма. Рассматривая М. как форму духовной, теоретич. деятельности человека, они раскрыли изначальную связь М. с материальным производством, практич. деятельностью людей. “Производство идей, представлений сознания первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей, в язык реальной жизни. Образование представлений, мышление, духовное общение людей являются здесь еще непосредственным порождением материального отношения людей” (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 3, с. 24).

М.- это историч. явление, предполагающее преемственность приобретаемых от поколения к поколению знаний и, следовательно, возможность их фиксации средствами языка, с к-рым М. находится в неразрывной связи. М. отд. человека всесторонне опосредствовано развитием М. всего человечества. Т. о., М. совр. человека есть продукт обществ.-историч. процесса.

В процессе развития человеч. общества произошло отделение духовного производства от материального, в результате чего теоретич. деятельность, М. приобрело относит. самостоятельность и независимость от практич. деятельности человека. С одной стороны, относит. самостоятельность М. служит источником отрыва М. от объективной действительности, что, в свою очередь, порождает иллюзорные или умозрит. представления о мире.

Отсюда проистекает проблема критерия истинности М., в решении к-рой диалектич. материализм исходит из признания таким критерием общественно-историч. практики. С др. стороны, относит. независимость М. обусловливает его творч. активность, способствующую достижению новых знаний. М. носит категориальный характер, поскольку знание, приобретённое в процессе истории познания, закрепляется в категориях.

Постижение объективной действительности осуществляется посредством форм М. - понятий, суждений, умозаключений. По мере развития познания совершенствуется категориальная структура М., оно обогащается новыми категориями и понятиями, отражающими процесс достижения объективной истины.

См. также Сознание, Идеальное, Теория познания.
Маркс К. иЭнгельс Ф., Соч., т. 3, т. 20;
Ленин В. И., ПСС, т. 18, т. 29;
М а м а р д а ш в и л и М. К., Формы и содержание М., М., 1968;
К о п н и н П. В., Диалектика как логика и теория познания, П., 1973;


Материалистич. диалектика. Краткий очерк теории, М., 1980;
Основы марксистско-ленинской философии, М., 1980;
Леонтьев А. Н., Проблемы развития психики, М., 1981;
Хрестоматия по общей психологии. Психология М., М., 1981.



Из “Философия: Энциклопедический словарь” / Под ред. А.А. Ивина. - М.: Гардарики, 2004, И.П.Меркулов. Править

Мышление архаическое — филогенетически “первичное”, преимущественно пространственно-образное, правополушарное мышление. Философами, антропологами и культурологами 20 в. предпринимались неоднократные попытки выявить отличительные особенности (в т.ч. и когнитивные) этого исторически наиболее древнего мышления. Благодаря их усилиям были разработаны и стали широко известны концепции “пралогического” мышления (Л. Леви-Брюль), “мифологического” мышления (К. Леви-Строс), “архаического способа мышления” (М. Элиаде) и др. Хотя в этих концепциях сам феномен первобытного мышления получил весьма подробное описание, исследователям так и не удалось теоретически обосновать его универсальные когнитивные характеристики, поскольку это требовало выхода за пределы сугубо социологических и культурологических представлений, игнорирующих биологическую и когнитивную эволюцию Homo sapiens. Гораздо более успешным в этом отношении оказался возникший в 1960-х гг. когнитивный подход, опирающийся на гипотезу двойного кодирования. Учитывая факт межполушарной функциональной асимметрии, эта гипотеза исходит из наличия у людей двух когнитивных типов мышления, двух систем кодирования, переработки и хранения когнитивной информации - образной и вербальной. Когнитивный подход рассматривает М.а. как мышление преимущественно пространственно-образное, правополушарное и позволяет последовательно и непротиворечиво объяснить такие его когнитивные характеристики, как, напр., оперирование прототипами, прообразами (архетипами), безразличие к логическим противоречиям и стремление установить между объектами и действиями какие-то формы мистической сверхъестественной связи (“сопричастности”), широкое использование оппозиций, метафор, мифа как средств разрешения противоречий, вера в сверхъестественное и т.д.


Как было установлено, для М.а. характерно явное преобладание конкретных прототипных репрезентаций понятийного содержания и “холистических” стратегий обработки когнитивной информации, во многом совпадающих с “логикой” мифа. Это мышление в меньшей степени подвержено сознательному контролю, оно скорее управляется влиянием аффектов, эмоциональной оценкой, полагается на неосознаваемые, автоматические процессы и стереотипы. Ему присуща сравнительно меньшая организованность и упорядоченность связей между мысленными образами и элементами образов или словами, которые обозначают их смысл (и, соответственно, оно требует более низкой активности мозга и меньших физиологических затрат). Поскольку правое полушарие функционирует в настоящем времени, опираясь на прошлое, то для М.а. типично циклическое восприятие времени. Оперирование оппозициями, противопоставлениями - это также устойчивый элемент правополушарной неосознаваемой стратегии, обусловленной генетической предрасположенностью людей к выдвижению бинарных альтернатив. Когнитивные механизмы преимущественно образного мышления предполагают абсолютное доверие к показаниям органов чувств и порождают магию образа, которая распространяется и на сюжеты, воспринимаемые “наблюдателем” в состоянии сна. Магия образа лежит в основе формирования древнейших форм верований и вообще веры в сверхъестественное, этого непременного атрибута архаического менталитета.


М.а. в широких масштабах использует невербальные (довербальные) средства передачи социально значимой информации, где смысл мысленных репрезентаций (образов, сценариев и т.д.) “овеществляется” и транслируется с помощью символов, изображений, жестовых языков и языка действий - ритуалов, танцев и т.д. Относительно высокий удельный вес такого рода невербальных способов социальной коммуникации был характерен не только для древних первобытных популяций, но и для более развитых в культурном отношении др.-вост. цивилизаций. Аналогичный вывод позволяют сделать также данные исследований современных первобытных популяций.


Правомерно, по-видимому, говорить об эволюции М.а., о его этапах. Они характеризуются различным соотношением право- и левополушарных стратегий при условии, что стратегии правополушарного мышления остаются доминирующими. Как когнитивный тип мышления преимущественно образное мышление проявляется на индивидуальном уровне и на уровне популяций (или этнических групп). В последнем случае речь идет о статистическом преобладании в популяции индивидов с данным доминирующим когнитивным типом мышления. Не исключается, т.о., наличие внутри отдельной популяции достаточно большой группы людей (социальных групп, слоев), отличающихся по своему доминирующему когнитивному типу мышления от остальных ее членов. Это генетическое разнообразие, проявляющееся также и в доминировании конкретной гемисферы, исключительно важно для когнитивной эволюции и смены этапов М.а. Присущая преимущественно образному мышлению стратегия обработки когнитивной информации способствует формированию и развитию культуры только определенного типа (или семейства культур с близкими ценностными ориентациями) - напр., культуры собирательства и охоты, а также аграрной культуры, которые базируются на ценностях, ориентирующих людей на целостное, нерасчлененное восприятие мира, на созерцание и приспособление к нему как к неизменной данности. Поэтому М.а. является когнитивной основой длительного сохранения традиционной мировоззренческой ориентации на общепринятые сакральные образцы и архетипы.

Элиаде М. Космос и история. М., 1987;
Меркулов И.П. Когнитивная эволюция. М., 1999.



Из “Философия: Энциклопедический словарь” / Под ред. А.А. Ивина. - М.: Гардарики, 2004. Править

Мышление дискурсивное (от лат. discursus - рассуждение) — логическое мышление в понятиях, идущее последовательно, шаг за шагом в противоположность интуитивному познанию, непосредственному схватыванию.

Напр., наше знание времени является дискурсивным, или концептуальным, если мы способны разъяснить, что такое время и привести какие-то доводы в поддержку своей т.зр.; в противном случае знание является интуитивным.



Из “СОВРЕМЕННЫЙ ФИЛОСОФСКИЙ СЛОВАРЬ“ Править

ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ ДОКТОРА ФИЛОСОФСКИХ НАУК ПРОФЕССОРА В. Е. КЕМЕРОВА, ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПАНПРИНТ», 1998, стр.137-138, Д. В. Пивоваров.

Визуальное мышление — умственная деятельность, в основе которой лежит оперирование наглядными графиками, пространственно структурированными схемами. Является разновидностью рационального постижения существенных связей и отношений вещей и дополняет вербальное мышление. Способно отражать любые категориальные отношения реальности (пространственно-временные, атрибутивные, каузальные, телеологические и др.), но не через обозначение этих отношений словом, а посредством их воплощения в трансформированную чувственность — в форме зримого явления сущности. Платон обозначал В. м. понятием «ноэзис» и подразумевал под ним мыслящее усмотрение сущности (идеи) в ее зримом «лике».


В. м. имеет синтетический характер: оно возникает на основе вербального мышления, но за счет соединения с трансформированным чувственным материалом во многом теряет свой вербализованный характер. Психологические эксперименты свидетельствуют, что конструкторский образ (у инженера, художника) — это, как правило, органический сплав зрительной информации (60 — 80%) и вербальных определений (20 — 40%), причем зрительная информация нередко соотносится с умозрительными конструкциями, не имеющими прямых аналогов в существующей практике. Вместе с тем, невербализованное знание в образах В. м. при определенных условиях поддается частичной вербализации. В. м. обладает собственной «логикой», относительной независимостью от внешних восприятий и сложившегося чувственного опыта. Благодаря ему удается связывать результаты абстрактного мышления с практикой.


Чертежи и рисунки, т. е. преднамеренный перевод основного содержания объекта в визуально-графическую форму, нередко более успешно выполняют функцию интерпретации, нежели приблизительные фотографии объектов. Умозрительное представление воспроизводит характерные черты предметов, и опора на них (а не на слова) при осуществлении мысленных операций составляет существо В. м. Всякое мышление связано со знаковой репрезентацией сущности, но знаки бывают нескольких видов. В. м. оперирует прежде всего иконическими знаками и символами. Именно его сопряженность со специальными знаковыми формами, которые позволяют репрезентировать глубочайшие уровни скрытых от внешнего взора реальностей, дает основание квалифицировать В. м. как мышление в собственном смысле слова. Правда, в философии, логике и психологии продолжает существовать учение, согласно которому нет и не может быть мышления без слов — только слово является материальной оболочкой мысли, и только вербальное мышление есть подлинное мышление. По мере развития в психологической науке таких понятий, как «визуальное мышление» и «аудиальное мышление» число сторонников этого учения уменьшается.


Познавательная (гносеологическая) функция В. м. заключается: а) в добывании информации о структурно-пространственных и временных характеристиках возможных миров путем наглядно-образного преобразования схематических изображений предметов и способов действия с ними; б) в осуществлении функции посредника между внешним восприятием окружающего мира и абстрактно-логическим освоением действительности, благодаря чему достигается сложный синтез чувственного и рационального.


Методологическая функция В. м. — функция предвосхищения новых способов действия, но не с вербальным, а с модально-чувственным материалом. Речь идет об умозрительном представлении в наглядной форме возможных экспериментальных ситуаций и планов поведения, согласования логических и практических операций.


Эстетико-онтологическая функция В. м. — воплощение результатов вербального мышления в особую чувственную телесность и наделение их экзистенциальными свойствами. Например, в модели атома резюмируется существо атомной теории, а в хромосомной модели гена — суть теории наследственности; обе модели (иконические знаки) суть зримое явление сверхчувственных реальностей атома и гена. «Чувство реальности», сопровождающее визуализацию (онтологизацию) сущности, не всегда ведет познание к истине. Образы В. м. не следует смешивать с различного рода иллюзиями зрения.



Из “СОВРЕМЕННЫЙ ФИЛОСОФСКИЙ СЛОВАРЬ“ Править

ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ ДОКТОРА ФИЛОСОФСКИХ НАУК ПРОФЕССОРА В. Е. КЕМЕРОВА, ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПАНПРИНТ», 1998, стр.517-520, В. Е. Кемеров.

Мышление — способность человека связывать образы, представления, понятия, определять возможности их изменения и применения, обосновывать выводы, регулирующие поведение, общение, дальнейшее движение самой мысли. В М. человек рассматривает интересующий его предмет в связях, которые не даны ему в непосредственном восприятии. В этом плане М. есть особого рода «реконструкция» форм функционирования или изменения предмета, выходящая за рамки его непосредственной данности. В М. человек сопоставляет свое поведение с поведением других людей, может рассматривать себя и свои возможности с позиций и точек зрения, принадлежащих другим людям, использовать такое рассмотрение или размышления для «проектирования» своих действий, для «конструирования» связей своего бытия. М. есть деятельная способность, с помощью которой человек может осуществлять особого рода преобразования объектов, не производя в них реальных изменений и не совершая реальных действий с ними. Такая — «идеальная» (по терминологии Э. В. Ильенкова) — деятельность М. является условием функционирования социальных структур, воспроизводства социальных связей, сохранения и развития культуры.


В философской традиции, разделяющей познание на чувственное и рациональное (логическое), М. противопоставляется чувственному познанию как опосредованное отражение реальности непосредственному. М. изучается логикой, психологией, лингвистикой и многими др. науками. Философские исследования М. так или иначе всегда были связаны с вопросом о логике М. В отличие от логики как самостоятельной дисциплины, занимающейся структурами М., философию интересовали вопросы связи М. с деятельностью человеческого индивида, с развитием общества, с функционированием культуры. В одних направлениях (например, в сенсуализме) акцент делался на обусловленности человеческой мысли чувственным опытом индивидов, на М. как обобщении непосредственных данных. В других — внимание концентрировалось на формах М. которые не изобретаются каждым человеком в отдельности, но используются им, передаются, а также корректируют и направляют его непосредственно индивидуальное переживание и осмысление бытия. М., таким образом, оказывается супериндивидной формой, осваиваемой индивидуальным сознанием; возникает возможность трактовать М. не как средство деятельности и самоопределения индивидов, а как форму, которая реализуется в деятельности индивидов, «использует» их в качестве силы своего воспроизводства и развития (Гегель).


Рассмотрение в философии М. прежде всего с т. зр. его логики естественно выдвигало на первый план исследование связей между понятиями. Связи между другими образами и формами, фактически обеспечивающими переживание индивидами своего бытия, возможность их общения, воспроизведение и изменение предметной обстановки их жизни, в философии учитывались явно недостаточно. Структуры повседневного опыта людей — причем структуры весьма различные, — ориентирующие взаимодействия людей и их самоопределение, трактовались сквозь призму общих форм как более или менее логичные. М. в разных вариациях философствования (здесь имеется в виду главным образом европейская «классическая» философия) оказывалось обобщением человеческого опыта или приобщением человека к неким всеобщим формам разумной деятельности. Тема развития М., предполагавшая сопоставление различных мыслящих субъектов, также развертывалась на основе признания универсальных форм познания и логики, которые может осваивать (или не осваивать) человеческий разум, присоединять (или не присоединять) к своей деятельности человеческий субъект. Различия М. ученого и профанного, культурного и «варварского» во многом определялись убеждением в том, что единство М. зиждется на универсальных формах.


М., структурированное всеобщими категориями и законами, рассматривалось не только как средство проникновения человека в различные сферы бытия, но и как связь (в принципе — социальная связь), обеспечивающая преемственность культуры, сохранение ее норм, а стало быть — и возможности взаимопонимания между людьми, взаимосогласованного их поведения. Воспроизведение европейской культуры в значительной мере понималось именно как сохранение логики М. с помощью общих категорий, понятий, определений. М. же по большей части выступало в роли логики обобщения, сводящего различия индивидуальных явлений к правилу, закономерности, тенденции. Понятие, вырастающее из обобщения, оказывалось вместе с тем и культурной формой, общезначимой нормой, соединяющей поведение и М. людей. Эта традиция фактически воспрепятствовала развитию в философии логики индивидуального, особенного, конкретного, идеи, к развертыванию которой были близки В. Дильтей, В. Виндельбанд и Г. Риккерт. Вопрос о мысли, вырастающей в М. о конкретном, особенном, целостном был фактически сформулирован уже к середине XIX в. в немецкой классической философии (Лейбниц, Гете, Гегель, Шеллинг, Маркс). Однако в распространившихся в конце XIX в. вульгарных версиях гегельянства и марксизма идея М. о конкретном была сведена к идее диалектики как логики всеобщего. Так эта традиция сомкнулась с традицией понимания М. как оперирования общими понятиями и всеобщими определениями, в крайних догматических вариантах — как использования готовых мыслительных форм в познании, образовании, построении практических действий. Реакцией на эту традицию явились попытки рассматривать и формулировать М. на основе идей, что были определены Дильтеем, Риккертом и Виндельбандом, и, соответственно, — потребностями понимания конкретных индивидов, событий, групп, субкультур.


Хотя «понимание» на первых порах трактовалось по преимуществу психологически, как взаимодействие индивидов на уровне «обмена» чувствами, мотивациями, предпочтениями, в дальнейшем его истолкование стало сближаться с философской традицией описания М. Поскольку важнейшим моментом понимания оказывается подстановка субъектом себя на место другого (как средство «вживания» в структуры его психики и мышления), постольку выявляются непсихологические моменты понимания, необходимость мыслительного, рационального, логического определения среды понимания, его конкретного контекста. М. в этом плане выступает в роли инструмента, определяющего временные и пространственные формы, задающие систему понимания, его общезначимые параметры, «картину» ситуации, которой пользуются взаимодействующие субъекты. Под знаком этой задачи возникает традиционный вопрос о категориях М., но подход к категориям оказывается нетрадиционным, ибо суть вопроса — не всеобщая природа категорий, а их «естественное» функционирование во взаимодействиях субъектов, их роль в упорядочивании или выстраивании контекста межсубъектных связей. В понимании, трактуемом достаточно широко, образ «другого» оказывается нетождественным образу индивида-собеседника: в разных познавательных и практических ситуациях в этом качестве могут выступать группы, субкультуры, художественные или религиозные направления, предельные мыслительные характеристики мироздания, доступные человеку. Возникает естественная потребность преобразования мыслительных форм, их выведения за пределы обычного опыта, а стало быть — использования рационально-логических средств и культуры оперирования этими средствами, созданной философией.


В XX в. основная проблематика М. перемещается из плоскости соотнесения мысли индивида с универсальными формами разумности в многомерное пространство взаимодействия человеческой мысли с разными способами практического и духовного освоения мира, с разными, характеризующимися собственной логикой бытия, классическими и «неклассическими» объектами. Культура перестает быть внешним ориентиром М. и становится его внутренней формой. Более того, этот «поворот» обнаруживает, что и прежде культура была «внутренней формой», «настраивающей» и «выстраивающей» М., хотя она иногда — как, например, в европейской рациональности, — и выступала в превращенной форме некоей привилегированной или универсальной логики. Переход от одномерного к многомерному представлению о М. выявил проблему его эволюции, периодизации этого процесса, выделения типов М. и разных способов их взаимодействия. Вопрос о М. включается в исследования, описывающие разные типы социальности и связанные с ними культуры мышления (см. «Логика», «Гносеология», «Онтология», «Понимание»).



См. также Править





Ссылки Править




Мы в мире --
гости НИОТКУДА
И все
уходим в НИКУДА…
Сверкнём,
взлетая на мгновенье,
И исчезаем -
НАВСЕГДА…
1997 г.
Сергей Ежов. Господь и сатана.







© Dianomik (обсуждение) 18:31, мая 29, 2013 (UTC)

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики